Швейцарец Фабио Челестини покинул пост главного тренера ЦСКА. К дерби со «Спартаком» в финале Пути регионов Кубка России команду будет готовить Дмитрий Игдисамов, который назначен исполняющим обязанности главного тренера.

В российском футболе процветает такое явление: тренер приходит, всё сразу начинает работать, болельщики начинают верить в чудо, а потом наступает какой-то момент — конкретный, щелчок — и механизм рассыпается. Вот только с Фабио Челестини этот щелчок растянулся на три месяца зимней паузы, и когда все наконец услышали звук, половина команды уже лежала в обломках.

Осенью команда была действительно хороша. Вполне убедительна — та самая честная убедительность, за которую болельщики готовы прощать многое. Челестини выстроил команду с характером, раскрыл Кирилла Глебова и Данила Кругового, заставил «Зенит» с «Краснодаром» нервничать. Сам тренер говорил о чемпионстве без тени смущения, и это не выглядело бредом. Потом пришла зима.

Что конкретно произошло на зимних сборах — вопрос, на который у каждого участника свой ответ. По информации СМИ, часть игроков ЦСКА была недовольна тем, что Челестини слишком много внимания уделял атаке и стандартам, тогда как физическая подготовка и оборонительные действия, по их ощущениям, отошли на второй план. Тренер это отрицал. Результаты весны отрицать сложнее: в десяти турах РПЛ после паузы армейцы пропустили 14 мячей. Команда, которую осенью хвалили за стиль, весной слишком часто оказывалась уязвимой при стандартах и быстрых атаках соперников.

Зимняя пауза в российском чемпионате требует специальной работы, особого подхода к поддержанию формы, понимания, что команду нужно фактически собирать заново — но это, судя по всему, не входит в стандартный набор знаний европейского специалиста. Челестини оказался очередным в этом ряду.

Зимой тренер получил расширенные полномочия и принялся ими пользоваться с завидной широтой. Ушел Игорь Дивеев — пришёл Лусиано Гонду. Пришли и другие футболисты. Из тренерского штаба исчез Алексей Березуцкий — человек, который понимал российский футбол изнутри и мог служить мостом между тренером и командой. По официальной версии — по семейным обстоятельствам. По версии СМИ, потому что его вклад в работу планомерно сводился к нулю, а отношения с Челестини оставались сухими до конца. Вместо него появились два итальянских специалиста, один из которых отвечал за стандарты. Весной ЦСКА начал пропускать со стандартов с такой регулярностью, что это превратилось в отдельную болевую точку.

Жоао Виктор и Матеус Рейс — «мобильные» центральные защитники с хорошим пасом, которых Челестини специально запрашивал под высокую линию обороны — оказались ненадежными в ровно тех ситуациях, для которых предназначались. Пропущенный гол от Александра Соболева в матче с «Зенитом»: Жоао Виктор не успел накрыть нападающего, ворвавшегося в штрафную. Высокая линия, которую тренер считал прогрессивной идеей, обнажила тылы. Рейс после глупого удаления в кубковом матче с «Краснодаром» прочно осел на скамейке. Из зимних новичков ни один не усилил команду.

История с Мойзесом заслуживает отдельного разговора. После 0:4 в Кубке от «Краснодара» в раздевалке, кажется, сорвало крышку. Мойзес высказал Челестини всё, что думал о его работе, — и почти сразу оказался вне основы.

Самое странное, что ЦСКА в этот момент и так разваливался в обороне. Убирать одного из её лидеров посреди кризиса — решение, которое сложно объяснить только принципами. Без Мойзеса команда потеряла очки там, где могла цепляться за результат, а потом Челестини всё равно вернул его в состав. Получилось неловко.

Отдельная история — жена Челестини Ракель в роли менеджера аналитического отдела, появившаяся на сборах в клубной экипировке. Генеральный директор Роман Бабаев объяснил это прагматично: человек умеет работать с видео и приносит пользу. Суть в том, что этот эпизод идеально укладывается в общую картину: тренер, получивший слишком много власти и постепенно выстраивавший вокруг себя личный мирок внутри клуба.

ЦСКА деградировал системно, матч за матчем. Проблема была не в том, что у Челестини не было идей — они были, и некоторые из них работали. Однако, когда идеи перестали работать, он продолжал их реализовывать с тем же убеждением, просто с новыми игроками. А ЦСКА платил за эту убежденность очками, голами и местами в таблице. Прощайте, Фабио. Слезами, излитыми при прощании с футболистами, горю не помочь.